Мне позвонили в дверь настойчиво,
И я открыл узнать, что это там.
Гляжу: стоит мужчина в золоте,
Затылком гладит потолок,
И говорит: "Я из налоговой,
Пришёл вас, дескать, оприходовать,
А если скроете доходы вы,
То вам за это светит срок".
Ну, я конечно сразу в панику,
Как пассажиры на Титанике:
Куда девать два телевизора
И холодильный агрегат.
А он стоит и улыбается
И надо мною возвышается,
И уходить не собирается,
Такой вот знаете ли гад.
Конечно власть теперь народная,
А значит злая и голодная,
Но как отдать родные, кровные,
Что нажил смерти вопреки.
Мы власть и так кормили вскладчину,
Как те обманутые вкладчики,
На чьи лаве госаппаратчики
Отгрохали особняки.
Но мне ж на зону нет резону-то,
Я ж не напрасно образованный,
А значит должен по закону я
Отдать последние гроши.
Или бежать к соседу в мафию,
Чтоб обеспечит биографию,
Но жить по их крутому графику
Не для моей больной души.
А он стоит такой уверенный,
Под уставной пиджак отмеренный,
Ну, как спугнёшь такого мерина,
Хоть ты по жизни не Ван Дамм.
И я сказал: "Давай по-доброму, а?
Разделим нажитое поровну,
А этим власть имущим боровам
Я даже клизмы не подам.
Он уходил, кляня коррупцию,
Ругая власть и конституцию
И уносил мою призумпцию
В деньгах народа США,
А я под водочку перцовою
Всё думал про визит налоговый,
Терзаясь фразой бестолковою:
"Россия - щедрая душа".
"Россия - щедрая душа".
